Омоновцы пожаловались, что активист БНК грозился их уволить

2018_0327_010

Сотрудники милиции задержали Станислава Павлинковича, чтобы активист не попал на шествие 25 марта.

Активист БНК собирался на шествие Николая Статкевича в Минск 25 марта, однако до места он не добрался. На протяжении всего Дня Воли связи с активистом не было. Его родители только в конце дня узнали, что Станислав Павлинкович находился в изоляторе временного содержания УВД Могилевского облисполкома.

Его задержали вначале за то, что он перешел дорогу в неположенном месте, а после вменили ещё и неповиновение милиции, пишет сайт «Могилевская весна».

Согласно показаниям Павлинковича, когда он днём 24 марта вышел в магазин за продуктами, к нему подошли двое сотрудников милиции в штатском. Они не представились и сказали, что Стас похож на человека в розыске. Активиста сопроводили в автомобиль, где сидели ещё несколько человек – сотрудников ОМОН. В итоге его отвезли в Ленинский РОВД, где сначала составили протокол по статье 18.23 КоАП за нарушение ПДД, а затем ещё и по статье 23.4 – неповиновение милиции. Сам Стас заявил, что в написании второго протокола он не участвовал.

Его должны были судить ещё 26 марта, однако судья Елена Литвина согласилась дать Павлинковичу время, чтобы тот нашел защитника. Впрочем, за неделю активист решил защищать себя сам.

2 апреля состоялся второй процесс. На нем Павлинкович заявил, что административное дело в отношении него сфабриковано, а причины преследования – политические.

— В материалах дела содержится запись подполковника Пугачева, в которой он просит суд дать мне арест на том основании, что я якобы не оплатил штраф за участие в несанкционированной акции в сентябре 2017 года. Однако есть копия квитанции об уплате ещё за 19 декабря. Очевидно, что милиция оказывает давление на суд, — заявил Павлинкович.

Он открыто заявил, что сотрудники милиции задержали его, чтобы активист не попал на шествие к Николаю Статкевичу 25 марта.

— Власти испугались, увидев, как много недовольных режимом Лукашенко, и провели по всей стране спецоперацию «Фильтр», чтобы перехватить как можно больше иногородних потенциальных участников акции, — высказал мнение активист.

Касательно своего дела Павлинкович заявил, что он не переходил дорогу в неправильном месте. Также он отрицал и неповиновение милиции.

— Один из омоновцев в штатском прямо заявил, что нас проще всех расстрелять, как сделало бы НКВД. Не зря же их начальник, уроженец Луганска, наряжается в форму палача из НКВД, показывая свое истинное лицо [речь идет о министре внутренних дел Шуневиче]. Они испытывают ненависть ко всему белорусскому, — отчеканил активист.

Против Павлинковича свидетельствовали трое сотрудников ОМОН – командир взвода Александр Якушев и его подчиненные Алексей Герцев и Виктор Мищенко.

Все трое выдали версию, согласно которой они патрулировали улицу и увидели, как Павлинкович собирается перейти дорогу в неположенном месте:

— Когда мы увидели нарушение, то подъехали к молодому человеку и заявили о нарушении с его стороны. В ответ он начал угрожать нам увольнением. Я объяснил ему права, сказал, что он задержан. В ответ он попытался уйти. Я ему сообщил, что это будет расцениваться как неповиновение милиции. Он попытался оттолкнуть меня и мы его задержали с моим напарником Герцевым, — рассказал командир взвода Якушев.

Его слова подтвердили Герцев и Мищенко. Однако у них разошлись показания, почему процесс задержания не попал на камеру. В ответ на вопрос Павлинковича о ведении записи на видеорегистратор Герцев сказал, что техника может включаться и выключаться, а Мищенко заявил, что регистратора в их машине не было вовсе.

Впрочем, судью Литвину нестыковки не смутили. Как и то, что, согласно словам активиста, в материалах дела подменили рукописный протокол опроса на печатный. Судье хватило 20 минут, чтобы вынести вердикт – 5 базовых величин (122,5 BYN).