Страхи Лукашенко становятся все более явными

2017_0322_032

Белорусы понимают, что есть простые и понятные рычаги влияния на власть.

Об этом сайту Сharter97.org заявил координатор гражданской кампании «Европейская Беларусь» и один из лидеров БНК Евгений Афнагель, комментируя приговор по «делу профсоюзов» и солидарность с РЭП:

— Белорусский Национальный Конгресс еще весной предупреждал, что если белорусы не будут сопротивляться, выходить на улицы, то репрессии будут усиливаться. Также мы предупреждали о последствиях отмены санкций против Лукашенко и его ближайшего окружения. Сейчас мы наблюдаем последствия — суд над лидерами профсоюза РЭП и обвинительный приговор, который стал местью за участие Геннадия Федынича и его коллег в «тунеядских» протестах прошлого года.

Мы видим репрессии против независимых СМИ, даже против тех, которые не отличались особой критичностью и оппозиционностью по отношению к диктатору и его приспешникам. Все эти события — звенья одной цепи.

Режим еще в прошлом году увидел, что как только случаются какие-то экономические потрясения, предпринимаются глупые шаги со стороны властей — люди выходят на улицы. Не всегда организовано, иногда стихийно. А это еще страшнее для властей. Именно по этой причине власти пытаются искоренить даже те небольшие ростки протеста и свободомыслия, которые есть в обществе.

Я бы хотел обратиться к тем людям, которые думают, что их эти репрессии не затронут, к тем, кто злорадствовал, когда оппозиционных активистов бросали на сутки, злорадствовал, когда заблокировали сайт Сharter97.org. Послушайте, репрессии затронут всех.

Это природа диктатуры, она не останавливается. Либо у диктатуры сорвет резьбу, либо она встретит достойное сопротивление. Оба эти варианта опасны для власти. Если сорвет резьбу — будут бесконтрольные протесты. С лидерами оппозиции здравомыслящие чиновники смогут найти точки соприкосновения, общие ценности (к примеру — независимость страны), а вот с доведенным до ручки рабочим завода разговор будет коротким.

Лидеры и активисты БНК много общаются с простыми людьми в регионах, которые не отождествляют себя с какими-то партиями и политическими силами. Мы видим, что их настроения еще более радикальны, чем у активистов оппозиции. Если власти будут продолжать в том же направлении — им придется иметь дело с ними. С теми людьми, которые не находят цензурных слов по отношению действий властей.

— Как бы вы прокомментировали беспрецедентную солидарность с независимым профсоюзом, которую можно было наблюдать с самого первого дня суда?

— Все больше людей начинает понимать, что есть простые и понятные рычаги влияния на власть. То, что на суде по «делу профсоюзов» постоянно присутствовали люди, то что в последний день собралось такое количество cолидарных, заставило власти сильно нервничать. Режим не хотел принимать репрессии, но в какой-то момент нервы сдали и начались задержания.

Второй момент. Когда милиция Московского РУВД отказалась вызывать скорую для активистки Майи Наумовой, достаточно было нескольким десяткам человек заблокировать въезды и выезды в здании РУВД, как власти пошли на попятную. Четкое формулирование своих требований приводит к соответствующей реакции властей. Это характерно и для локальных событий, и для событий в масштабах страны. Даже вчерашние штрафы для активистов, которые поддержали профсоюз РЭП, являются подтверждением нашей силы, подтверждением того, что рычаги воздействия прекрасно работают.

— Евродепутат Бронис Ропе, член делегации Европарламента по связям с Беларусью заявил, что санкции могут быть возвращены, если власти продолжат репрессии. Как вы думаете, стоит ли ждать реакции ЕС на поведение режима Лукашенко?

— Я надеюсь, что заявления не ограничится словами и европейские политики, для которых права человека и ценности демократии не являются пустым звуком, перейдут к действиям. Если бы после решения властей о блокировке Сharter97.org в начале года Европа заявила о санкциях, то никаких репрессий не было бы.

У Лукашенко нет денег. Об этом свидетельствует не только экономическая ситуация, а оговорки диктатора . Совсем недавно он заявил, что самый большой его страх — экономика. Страхи Лукашенко становятся все более явными

Как только будет малейшая угроза возвращения санкций и персональных экономических ограничений против диктатора — репрессии будут остановлены. Так было раньше, так будет и сейчас.