Владимир Некляев: Вспомнил тогда пропавших политиков – Захаренко, Гончара

maxresdefault (2)

В Минске прошла выставка «Письма политзаключенным».

В Минске на образовательно-просветительской площадке «Территория прав» 12 февраля открылась выставка «Письма политзаключенным: от 1996 года до наших дней». Во время мероприятия известные белорусские писатели, общественные деятели и бывшие политические заключенные Алесь Беляцкий, Дмитрий Дрозд и Владимир Некляев поделились своими воспоминаниями о жизни за решеткой, сообщает сайт ПЦ «Весна».

В частности, они рассказали о своих впечатлениях от первого дня в заключении. И эти впечатления оказались довольно разными.

Алесь Беляцкий о первых сутках за решеткой после задержания летом 2011 года: «Офицер ДФР сказал, что они хотят сразу увезти меня на Володарку. Мой первый день был именно там. Я попал в камеру, где уже находилось 18 человек. И ты смотришь на это все бешеными глазами, так как чувствуешь определенный шок. Меня спросили, по какой статье сижу, я ответил, затем мне показали мою шконку. Я лег на нее, лежу и смотрю на это все. И думаешь про себя: «Что же ты такое сделал, чтобы здесь оказаться?»

Затем выяснилось, что у этой камеры в основном сидели строители. И, например, один, как оказалось, был моим соседом по даче. Далее начался более доверительный обмен информацией. Через несколько дней меня перебросили в другую камеру, где было уже шесть человек. Там мне сразу предложили шконку, где до меня жил «президент» — кандидат в президенты Дмитрий Усс«.

Во время мероприятия Алесь Беляцкий представил свой сборник тюремных рассказах «Тюремные тетради».

Владимир Некляев о первой ночи после задержания в декабре 2010 года: «Меня забрали ночью прямо из палаты реанимации. И это была очень интересная ночь. Меня прямо с капельницами потащили по коридору. Я позже понял, почему мне не дали долежать до утра, — чтобы нагнать страх. Ведь была поставлена задача — узнать о финансировании. Они почти голым вытащили меня на мороз и забросили в автобус. Все твои ресурсы говорят «спасайся», а как — ты придумать не можешь. Вспомнил тогда пропавших политиков — Захаренко, Гончара… Я смотрел, куда поедет машина: в тюрьму или куда-то в лес за кольцевую. Если за кольцевую — то, по-видимому, шансов уже нет. Но все же привезли в «Американку», чему в тот момент я был рад.

В «Американке» сразу начали ломать: показывать фото пистолетов, гранат и говорить, что это найдено у меня в столе, и под угрозами применения более тяжелой статьи (предусматривавший смертную казнь) заставлять рассказать о финансировании. Короче, это была не самая лучшая ночь в моей жизни …»

Дмитрий Дрозд: «Этих «первых дней» в тюрьме, получается, было много. И первый день на ИВС, и первый день на Володарке в одной камере, и первый день в другой камере и т.д. Что обычно происходит? Смотрящий по камере спрашивает у тебя, какой ты ориентации, по какой статье попал и с какими людьми общаешься. Затем тебе выделяют место на шконке, сначала на верхнем ярусе, а когда нижний освобождаются, то «переезжаешь» вниз, так называемый «привилегированный этаж».

Также бывшие политзаключенные рассказали о влиянии тюремного опыта на возможность создавать художественные произведения. В конце мероприятия выступили поэт и музыкант Эдуард Акулин и поэтесса Галина Дубенецкая.